**1.25. Комментарий**
**«Гудакешей»** – Слово «Гудакеша» имеет два значения: (1) «Гуда» означает завитой или скрученный, а «кеша» – волосы. Тот, чьи волосы на голове завиты, то есть кудрявый, называется «Гудакеша». (2) «Гудака» означает сон, а «иша» – владыка, повелитель. Тот, кто является владыкой сна, то есть тот, кто может спать или не спать – кто имеет контроль над сном, называется «Гудакеша». Волосы Арджуны были кудрявыми, и он обладал властью над сном; поэтому он и назван «Гудакешей».
**«Евам укта̄х̣»** – Господь внимает словам того преданного, кто не является рабом наслаждения сном и ленью, кто не раб чувственных удовольствий, но является исключительно слугой (бхактой) Господа. Он не только слушает, но и повинуется его велению. Поэтому, будучи повеленным Своим дорогим преданным Арджуной, всеведущий Господь Шри Кришна установил колесницу Арджуны между двумя армиями.
**«Хришикешей»** – Чувства называются «хришика». Тот, кто является владыкой (иша) чувств, зовётся Хришикеша. Смысл употребления «Хришикеша» в двадцать первом стихе и здесь в том, что Тот, кто является движущей силой ума, разума, чувств и т.д., повелитель всего, этот самый всеведущий Господь здесь стал тем, кто повинуется велению Арджуны! Как же безмерна Его милость к Арджуне!
**«Сенайор убхайор мадхйе стха̄пайитва̄ ратхоттамам»** – На пустом пространстве между двумя армиями Господь установил превосходную колесницу Арджуны.
**«Бхӣшма-дрона-прамукхатах̣ сарвеша̄м̇ ча махӣкшита̄м»** – И с удивительным искусством Господь поместил ту колесницу на такое место, где Арджуна мог видеть перед собой своего почтенного старшего в роду, деда Бхишму, своего учителя, связанного узами знания, ачарью Дрону, и главных царей армии Кауравов.
**«Ува̄ча Па̄ртха пашйа эта̄н самавета̄н курӯн ити куру»** – В слове «куру» включены как сыновья Дхритараштры, так и сыновья Панду; ибо все они из династии Куру. Смысл слов «Узри́рь собравшихся Куру» в том, чтобы при виде этих Куру в Арджуне пробудилось чувство: мы все едины! Будь они на этой стороне или на той; хорошие или плохие; добродетельные или порочные – всё же все они мои родственники. Вследствие этого скрытая в Арджуне привязанность, наполненная семейной любовью, пробудилась бы, и с пробуждением этой привязанности Арджуна стал бы вопрошающим, дабы через Арджуну как инструмент могли быть даны великие наставления Гиты для блага будущих существ в Кали-югу. Именно с этим намерением Господь сказал здесь: «Узри́рь собравшихся Куру». Иначе Господь мог бы сказать: «Узри́рь собравшихся сыновей Дхритараштры». Но такие слова возбудили бы в Арджуне боевой дух; в результате не возник бы повод для явления Гиты, и не была бы устранена дремлющая в Арджуне родственная привязанность, которую Господь считает Своей обязанностью устранить. Подобно тому, как при появлении нарыва врачи сначала стараются его «созреть», а когда он созреет, вскрывают и очищают; так и Господь сначала пробуждает привязанность, скрытую в преданном, а затем искореняет её. Здесь также Господь словами «Узри́рь Куру» пробуждает привязанность, скрытую в Арджуне, которую впоследствии уничтожит Своими наставлениями.
Арджуна сказал: «Дай мне увидеть их» – «Нирӣкше» (1.22), «Авекше» (1.23); поэтому Господу не было нужды говорить здесь: «Пашйа» (Узри́рь). Господу следовало бы лишь установить колесницу. Однако Господь, установив колесницу, сказал «Узри́рь Куру» именно для того, чтобы пробудить привязанность Арджуны.
Есть великая разница между семейной привязанностью и божественной любовью (Бхагават-премой). Когда в семье есть привязанность, окрашенная чувством собственности, человек даже не замечает недостатков семьи; скорее, сохраняется чувство «Они – мои». Подобно этому, когда Господь испытывает особую привязанность к Своему преданному, Он даже не принимает во внимание недостатки преданного; скорее, сохраняется чувство «Он – только мой». В семейной привязанности первичны действие и объект (тело и т.д.), тогда как в божественной любви первично чувство (бхава). В семейной привязанности первично заблуждение (моха), тогда как в божественной любви первична близость (а̄тмӣйата̄). В семейной привязанности – тьма, а в божественной любви – свет. В семейной привязанности человек становится нерадивым в исполнении долга, тогда как в божественной любви, из-за поглощённости, может быть забывчивость в исполнении обязанностей, но преданный никогда не становится нерадивым в долге. В семейной привязанности первичны родственники, а в божественной любви первичен Бог.
**Связь** – В предыдущем стихе Господь повелел Арджуне узреть Куру. О том, что произошло после этого, Санаджая рассказывает в следующих стихах.
★🔗
