О сын Кунти! Контакты чувств с объектами, которые вызывают холод и жару, удовольствие и боль, имеют начало и конец; они непостоянны; терпи их мужественно, о Арджуна.

**2.14** О сын Кунти, чувственные объекты, будучи материальными, причиняют наслаждение и страдание через холод (благоприятное) и жар (неблагоприятное). Они преходящи, приходят и уходят. О потомок Бхараты, Арджуна, переноси их. **Комментарий:** [Может возникнуть сомнение: до этих четырнадцатого и пятнадцатого стихов (с 11 по 13) и после них (с 16 по 30) речь идёт о душе и теле. Тогда как же эти два стиха о «соприкосновении с объектами чувств» оказались между ними (казалось бы, в стороне от основной темы)? Разрешение таково: подобно тому, как в двенадцатом стихе, дабы разъяснить вечную природу всех существ, Господь сказал: «Никогда не было времени, когда бы Я не существовал...», тем самым поместив Себя в их категорию, так и здесь, дабы показать, что тело и прочие лишь материальные объекты невечны, преходящи и изменчивы, Господь говорит о «соприкосновении с объектами чувств».] Слово «tu» (но) употреблено здесь для различения невечных сущностей, подобных телу, от вечного принципа. «Мāтрāспаршāḥ» – То, посредством чего происходит измерение или восприятие, то есть то, посредством чего обретается знание, те инструменты познания – чувства и ум – именуются «мāтрā» (измерители). То, что входит в соприкосновение с мāтрā, то есть с чувствами и умом, именуется «спарша» (соприкосновение). Следовательно, те лишь сотворённые объекты, которые познаются через чувства и ум, и есть «мāтрāспаршāḥ». Здесь, почему термином «мāтрāспаршāḥ» следует понимать лишь объекты, а не их связь? Если мы примем термин «мāтрāспаршāḥ» означающим лишь связь с объектами, то эту связь нельзя назвать «āгамāпāйинаḥ» (приходящие и уходящие); ибо принятие связи происходит не просто в уме, но в «я» (самости). Самость вечна; следовательно, и любое принятие, происходящее в ней, также становится как бы вечным. Пока самость не отрекается от этого принятия, оно остаётся в точности таким, каким было. То есть даже после разлуки с объектами, даже когда объекты перестают существовать, связь с этими объектами сохраняется (Сноска, стр. 52). Например, женщина становится вдовой, то есть навсегда разлучённой с мужем, но даже спустя пятьдесят лет, если кто-то скажет: «Это жена такого-то», – её уши навострятся! Это доказывает, что даже когда соотносимого (мужа) уже нет, принятая связь с ним остаётся навсегда. С этой точки зрения нелогично называть эту связь «приходящей и уходящей»; следовательно, здесь термин «мāтрāспаршāḥ» относится к самим объектам, а не к связи с ними. «Шитошнасyкхадyхкхадāḥ» – Здесь слова «холод» и «жар» означают благоприятность и неблагоприятность. Если понимать их значение как зиму и лето, они относились бы лишь к осязанию (коже), что ограниченно. Поэтому представляется верным принимать «шита» как означающее благоприятное, а «ушна» – неблагоприятное. Сами объекты причиняют наслаждение и страдание через благоприятность и неблагоприятность. То есть счастье возникает от обретения желаемого нами благоприятного объекта, личности, ситуации, события, места, времени и т.д., а скорбь – от встречи с нежелательным неблагоприятным объектом, личностью, ситуацией и т.д. Здесь благоприятность и неблагоприятность – причина, а наслаждение и страдание – следствие. В действительности эти объекты не обладают силой давать наслаждение и страдание. Человек, связывая с ними отношение, приписывает им благоприятность или неблагоприятность, что заставляет эти объекты казаться дающими наслаждение и страдание. Поэтому Господь и сказал «сукхадухкхадāḥ» (дающие наслаждение и страдание). «Āгамāпāйинаḥ» – Самые объекты имеют начало и конец, подвержены возникновению и разрушению, приходят и уходят. Они непостоянны; ибо не существовали до своего возникновения и не будут существовать после своего разрушения. Следовательно, они «āгамāпāйи» (преходящи). «Анитйāḥ» – Если кто-то скажет: «Они могут не существовать до возникновения и после разрушения, но уж в промежутке-то они существуют?» Тогда Господь говорит, что, будучи невечными, они не остаются таковыми даже в промежутке. Они изменяются каждое мгновение. Они изменяются так быстро, что никто не может увидеть их снова в той же форме; ибо в следующий миг они уже не таковы, какими были в предыдущий. Поэтому Господь назвал их «анитйāḥ» (невечные). Не только те объекты невечны и изменчивы, но даже чувства и ум, посредством которых познаются те объекты, также изменчивы. Как понять их изменчивость? Например, от работы в течение дня к вечеру в чувствах и т.д. наступает усталость, и та свежесть, что была после удовлетворительного сна утром, не сохраняется до вечера. Поэтому сон необходимо принимать вновь, что снимает усталость чувств и приносит переживание свежести. Подобно тому как усталость приходит каждое мгновение в состоянии бодрствования, так же и свежесть приходит каждое мгновение во сне. Это доказывает, что в чувствах и т.д. изменение происходит каждое мгновение. Здесь сами объекты описаны в их грубом аспекте как «āгамāпāйинаḥ», а в их тонком аспекте как «анитйāḥ». Чтобы описать их как ещё более тонкие, чем невечные, в шестнадцатом стихе они будут названы «асат» (нереальное); а тот вечный принцип, описанный ранее, будет назван «сат» (реальное).] «Таṃститикшасва» – Когда все эти «мāтрāспарша», то есть объекты чувств, являются, иметь знание о том, что это благоприятно, а то неблагоприятно, – не ошибка. Ошибка же в том, чтобы позволять из-за них возникать в уме привязанности, отвращению, радости, скорби и т.д. Поэтому даже при наличии знания о благоприятности и неблагоприятности, не позволять возникновению привязанности, отвращения и т.д. – то есть оставаться невозмутимым среди объектов чувств – это и есть переносить их. Это терпение Господь и назвал «титикшасва». Другой смысл таков: Деятельности и состояния тела, чувств, ума и т.д. имеют начало и конец; они существуют и перестают существовать. Эти деятельности и состояния не в тебе; ибо ты – познающий их, отличный от них. Ты сам остаёшься таким, как есть. Поэтому пребывай невозмутимым в этих деятельностях и состояниях. Пребывать невозмутимым в них – это и есть титикшā (терпение). **Связь:** Предыдущий стих говорил о терпении по отношению к объектам чувств. Теперь в следующем стихе объясняется, что произойдёт в результате такого терпения.