**3.40** Чувства, ум и разум именуются местопребыванием этой страсти. Посредством их — (чувств, ума и разума) — страсть, окутывая знание, вводит в заблуждение того, кто отождествляет себя с телом.
**Комментарий:** «*Indriyāṇi mano buddhir asyādhiṣṭhānam ucyate*» — Страсть проявляется в пяти местах: (1) в объектах (Бхагавад-гита 3.34), (2) в чувствах, (3) в уме, (4) в разуме и (5) в мнимом «я» (эго), то есть в деятеле (Бхагавад-гита 2.51). Хотя она проявляется в этих пяти местах, истинно пребывает страсть лишь в мнимом «я» (в узле сознания и материи). Однако, поскольку она проявляется в упомянутых пяти местах, они и называются местопребываниями этой страсти.
Все действия совершаются лишь телом, чувствами, умом и разумом. Эти четыре суть инструменты для совершения действия. Если страсть пребывает в них, она не позволяет действию быть ради Высшего Блага (Парамартхи). Поэтому карма-йог, будучи бесстрастным, лишённым чувства «моё» и непривязанным, совершает действие телом, чувствами, умом и разумом ради очищения сердца (Бхагавад-гита 5.11).
В действительности же страсть пребывает лишь в эго (в отождествлении сознательного «я» с инертной материей). Эго, то есть чувство «я-есть», есть лишь предположение. Что я принадлежу к такому-то роду, стадии жизни или традиции — это лишь убеждение. Нет иного доказательства этому, кроме веры. Именно в этом мнимом отождествлении и пребывает страсть. От одной лишь страсти возникают все грехи. Грехи уничтожаются страданием от их последствий, но без устранения страсти из эго новые грехи продолжают возникать. Поэтому именно страсть и связывает душу. В Махабхарате сказано: «Лишь страсть есть оковы; нет иных оков здесь. Тот, кто освободился от оков страсти, становится достоин обрести состояние Брахмана» (Шанти Парва 251.7).
«*Etair vimohayaty eṣa jñānam āvṛtya dehinam*» — Из-за страсти человек не делает того, что должен делать, и делает то, чего делать не должен. Таким образом, страсть вводит в заблуждение того, кто отождествляет себя с телом.
Во второй главе Господь сказал, что от страсти рождается гнев — «*kāmāt krodho 'bhijāyate*» (2.62) — а от гнева рождается заблуждение (крайнее помрачение) — «*krodhād bhavati sammohaḥ*» (2.63). Из этого следует понимать, что когда страсть встречает препятствие, возникает гнев; но если страсть не встречает препятствия, то от страсти возникает жадность, а от жадности — заблуждение (Прим. стр. 197.1). Суть в том, что если желаемый объект не обретается, возникает «гнев», а если объект обретается, возникает «жадность». От них затем возникает «заблуждение». Страсть есть деятельность гуны страсти (Раджо-гуны), а заблуждение — деятельность гуны невежества (Тамо-гуны). Гуны страсти и невежества пребывают близко друг к другу (Прим. стр. 197.2). Поэтому страсть, гнев, жадность и заблуждение пребывают очень близко друг к другу. Страсть посредством чувств, ума и разума вводит в заблуждение (одурманивает) того, кто отождествляет себя с телом. Таким образом, хотя страсть и есть деятельность гуны страсти, она приводит к заблуждению, которое есть деятельность гуны невежества.
Когда возникает страсть, человек сначала желает наслаждаться посредством чувств. Изначально объекты наслаждения не обретаются, а даже если и обретаются, то не длятся вечно. Поэтому, чтобы как-то их получить, он лелеет в уме различные желания. В разуме он обдумывает различные средства для их достижения. Таким образом, страсть сначала вовлекает чувства в соблазн удовольствия, рождённого от контакта. Затем чувства влекут ум к себе, а после этого чувства и ум вместе влекут к себе и разум. Таким образом, страсть, окутывая знание, посредством чувств, ума и разума вводит в заблуждение того, кто отождествляет себя с телом, и низвергает его в пропасть падения.
Существует принцип: если слуга хорош, но господин пренебрежительно его отвергает, то он больше не получит хорошего слугу. Подобно этому, если господин хорош, но слуга относится к нему с пренебрежением, то он больше не получит хорошего господина. Точно так же, если человек, не достигнув Бога, растрачивает человеческое тело лишь на мирские наслаждения и обладания, то он больше не обретёт человеческого тела. Хорошая вещь отвергается из-за нечистоты сердца, а сердце становится нечистым из-за страсти. Поэтому, в первую очередь, страсть должна быть уничтожена.
Смысл слов «*dehinam vimohayati*» в том, что эта страсть вводит в заблуждение лишь того, кто отождествляет себя с телом. Лишь тот, кто считает тело «я» и «моё», является отождествляющим себя с телом. В самом начале Своих наставлений Господь объяснил различие между телом (деха) и обитателем в теле (дехи — душа) (Бхагавад-гита 2.11–30). Что тело и обитатель в теле раздельны — это опыт каждого. Эта страсть, окутывая знание, связывает того, кто отождествляет себя с телом (кто верит в связь с телом), а не обитателя в теле (чистое «Я»). Она не может связать того, кто не верит в связь с телом. Лишь считая тело «я», «моё» и «для меня», человек придаёт значение бренным инертным объектам; отсюда в нём возникает привязанность к инертности. Когда возникает привязанность, формируется связь с инертностью. Именно когда формируется связь с инертностью, рождается страсть. Когда рождается страсть, душа, впадая в заблуждение, оказывается связанной в мирских узах.
**Связь:** Далее, в следующих трёх стихах, Господь, объясняя метод умерщвления страсти, повелевает её уничтожить.
★🔗
